Пень, 2025
Объект
«Объект находится в состоянии постжизни. Его тело остается, но больше не функционирует, становясь одновременно и памятником, и руиной. Дерево уже не проводит влагу, не растет, не укореняется. Вместо корней оно приобрело металлические опоры, которые сдерживают остаток структуры, лишенной агентности.
Спил дерева — это срез времени. Обычно годовые кольца позволяют считывать хронологию: возраст, засухи, перемены. Вместе с отсутствующим центром исчезает и возможность восстановить биографию, изучить ранние годы. Пустое ядро есть фигура отсутствия, которая, по хонтологической логике, не исчезает бесследно, а продолжает формировать восприятие настоящего».
Фото: Екатерина Козлова и Мирослав Тесла
Объект
«Объект находится в состоянии постжизни. Его тело остается, но больше не функционирует, становясь одновременно и памятником, и руиной. Дерево уже не проводит влагу, не растет, не укореняется. Вместо корней оно приобрело металлические опоры, которые сдерживают остаток структуры, лишенной агентности.
Спил дерева — это срез времени. Обычно годовые кольца позволяют считывать хронологию: возраст, засухи, перемены. Вместе с отсутствующим центром исчезает и возможность восстановить биографию, изучить ранние годы. Пустое ядро есть фигура отсутствия, которая, по хонтологической логике, не исчезает бесследно, а продолжает формировать восприятие настоящего».
Фото: Екатерина Козлова и Мирослав Тесла
