«Противопоставление проводов и цветов, которые должны стоять в хрустальной вазе, поднимает ряд важных вопросов: о живом и неживом, функциональном и эстетичном, а также о природе и технологии. В работе также присутствует мотив смерти. Когда мы видим срезанные цветы в вазе, это воспринимается как нечто обыденное. Однако вид отрезанного провода вызывает сожаление, так как вещь становится испорченной.
Кроме того, для меня эта работа — размышление об уходящих гендерных стереотипах. Она затрагивает темы, где мужчинам "не положено" было любоваться цветами, а женщинам — разбираться в технике».